Warcraft Chronicle, том 3. О Войне Древних и союзе Орды и Альянса

Third War

О Войне Древних, столкновении ночных эльфов с кланом Песни Войны, союзе Орды и Альянса против демонов и жертве Громмаша.

К предыдущей части

Война Древних

Ночные эльфы были одним из самых древних народов мира. Десять тысяч лет назад они построили великую империю, которая простиралась до самых удаленных уголков некогда единого континента Азерота. Это стало возможным только благодаря Колодцу Вечности, мистическому источнику тайной энергии, который был основой жизненной силы общества ночных эльфов.

Поколениями ночные эльфы изучали загадки Колодца Вечности. Они смогли овладеть его энергиями и, открыв тайную магию, стали могучими и амбициозными магами. Величайшими волшебниками среди них были Королева Азшара и те члены общества ночных эльфов, которых называли Высокорожденными. Их ничем не сдерживаемая тяга к магии привела как к потрясающим открытиям, так и к крушению их империи.

В поисках еще большего могущества Королева Азшара и Высокорожденные совершили невообразимое – заключили пакт с Пылающим Легионом и призвали демонов в мир.

Общество ночных эльфов раскололось и другая его часть сформировала силы сопротивления, которые ставили целью изгнать демонов из Азерота. К этим отважным эльфам присоединились другие коренные народы и даже силы, известные как Дикие Боги, первозданные существа, обитавшие в глубинах лесов. Вспыхнувший конфликт впоследствии стал известен как Война Древних.

Во время той войны появилось множество героев, но никто из них не превзошел подвигами жрицу Тиранду Шелест Ветра, друида Малфуриона Ярость Бури и его брата-близнеца, Иллидана.

В разгар войны Иллидан покинул своих союзников и примкнул к Легиону. Он верил, что если обманет демонов и заслужит их доверие, то сможет получить невообразимую силу и использует ее для их уничтожения – и свершив это он достигнет величия.

Иллидан Ярость Бури получил могущество, но заплатил страшную цену. Его глаза были выжжены и вместо них он получил пылающие магической энергией язвы, а кожа покрылась татуировками скверны. Но не это было самым страшным – близкие ему ночные эльфы посчитали свершенное им за предательство.

Для того, чтобы отбить вторжение Легиона и закончить войну, сопротивление решило напасть на Азшару и осадить Колодец Вечности. Около Колодца состоялась битва, которая привела к ужасающим последствиям. Колодец Вечности взорвался и эта катастрофа стала впоследствии именоваться Великим Расколом. Тектонические плиты планеты вспучились, единый континент раскололся на несколько частей. Мир изменился навсегда.

Сопротивление отступило на вершину Хиджал, спасаясь от катастрофы. Когда они прибыли туда, то сделали поразительное открытие. Иллидан уже был на вершине и ему удалось создать второй Колодец Вечности.

Ночные эльфы не знали, что он взял немного воды из первого Колодца Вечности и создал новый. Иллидан верил, что когда Легион вернется в Азерот, то этот источник магии поможет победить его.

Сотворенное им превзошло даже его обман демонов и после этого Иллидана стали называть Предателем. Малфурион предложил заключить Иллидана в подземную тюрьму, чтобы тот больше не смог совершить преступлений против своего народа.

Ночные эльфы боялись, что Легион сможет использовать второй Колодец Вечности для вторжения в Азерот. Этими опасениями они поделились с Драконьими Аспектам — Алекстразой, Изерой и Ноздорму. Аспекты согласились защитить новый источник магии. Алекстраза посадила зачарованное семя, из которого выросло колоссальное Мировое Древо, названное Нордрассилем. Это древо защищало колодец от того, чтобы его силы не были использованы во зло.

Драконы видели в ночных эльфах защитников Нордрассиля. Чтобы помочь им в этом, Алекстраза и ее собратья усилили Мировое Древо заклинаниями. Так, пока Мировое Древо стояло, ночные эльфы оставались бы бессмертны и защищены от болезней. Мировое Древо также служило порталом в Изумрудный Сон, давая возможность Малфуриону и друидам, которые появились в будущем, путешествовать в это неземное измерение.

Малфурион большую часть времени занимался обучением новых друидов, главой которых он стал. Они изучали магию и пеклись о дикой природе. Малфурион и другие друиды часто погружались в сон в физическом мире и странствовали по первозданным лесам Изумрудного Сна.

Бремя власти и лидерства в обществе ночных эльфов взяла на себя Тиранда Шелест Ветра. Дни империи и безоглядного использования магии прошли. Подобные вещи привели к смертям и разрушениям. Тиранда создавала более закрытое общество, в котором ценилась осмотрительность, что отличало его от того, что было раньше. Ночные эльфы обитали в лесах Хиджала и очень редко отправляясь в далекие походы. Для защиты границ Тиранда основала военный орден, ставший известным как Стражи. Эта воинская сила состояла главным образом из жриц, большинство из которых являлись закаленными ветеранами Войны Древних. Стражи построили несколько крепостей в Ясеневом лесу на границах эльфийских земель.

Защита лесов была опасным делом, но Стражи могли призывать лесных существ себе на помощь. Иногда они будили друидов и призывали их из Изумрудного Сна или зачарованных духов, обитавших в лесах. Чащобы были полны таких существ: жестокие химеры, волшебные дракончики, мудрые древни, дриады, древние хранители чащи.

Наиболее могучим существом среди них считали Дикого Бога, известного как Кенарий. Он учил ночных эльфов друидизму и пекся об их благополучии и процветании. Кенарий разделил вместе с ночными эльфами долг по защите Нордрассиля и второго Колодца Вечности. Он бился с Легионом во время Войны Древних. Он видел, как гибнут его собратья, Дикие Боги, разрываемые на части демонами. Он видел, как пламя скверны уничтожало леса. Кенарий знал, чтобы предотвратить такую катастрофу в будущем ночные эльфы и лесные обитатели должны объединиться.

И с помощью Кенария это произошло. Ночные эльфы и существа из лесных чащоб побеждали всех врагов, которые пытались на них нападать.

Этот договор не распространялся на Восточные Королевства. Тиранда Шелест Ветра и ее народ отчасти знали о том, что происходило по ту сторону Великого Моря, но они редко вмешивались в тамошние дела. И когда они это делали, то всегда были незаметны.

Друиды стали первыми, кто ощутил чуму нежизни, которая убивала дикие леса в Восточных Королевствах. Из Изумрудного Сна их духи достигли физического мира и попытались остановить чуму. Они не преуспели. Некоторые из друидов сказали Тиранде, что произошло. И хотя она поддерживала изоляционизм, но чувствовала, что знакомая сила стоит за чумой.

Она чувствовала Легион.

Духи Ясеневого Леса

Когда Стражи принесли вести о чужаках, что вторглись в Ясеневый Лес, Тиранда ожидала худшего. Она почувствовала облегчение, когда узнала, что чужаки не были демонами. Она верно предположила, что это беженцы из Орды и Альянса спасались от чумы и пересекли Великое Море. Наблюдая за их битвой, она также поняла, что они заклятые враги.

Тиранда приказала Стажам наблюдать за чужаками на расстоянии. Она надеялась, что они просто пройдут через Ясеневый Лес и направятся в другие земли. Она ошибалась. Часть зеленокожих орков устроила вырубку леса, которая была больше похожа на войну. Они воровали лес, никого не спрашивая, безрассудно вырубая его. Тиранде не понравились эти существа. Они были грубыми и жестокими. И Тиранда не хотела больше выносить их присутствия.

Стражи атаковали Громмаша Адского Крика и клан Песни Войны. Часть ночных эльфов спрятавшись на высоких деревьях, обрушили бурю из стрел на своих жертв. Другие были вооружены остро точеными глейвами, верхом на крылатых существах, которых называли гиппогрифами или на гигантских кошках, ночных саблезубах.

Стражи были самыми опасными врагами, которых орки встречали на своем пути. Это не испугало Громмаша и его воинов, наоборот, это их воодушевило. Наконец-то представился шанс сразиться со стоящим врагом.

Вскоре орки поняли, что силы противника их превосходят. Кенарий тоже наблюдал за пришельцами и чувствовал кровь демонов в их венах. Решив, что зеленокожие существа прислужники Легиона, Кенарий вместе с ночными эльфами принял участие в битве.

Орки не имели шансов против ночных эльфов и их лесных союзников. Хотя их жажда битвы не была утолена, поражение казалось неизбежным. В этот момент отчаяния темная и знакомая форма силы воззвала к Громмашу и членам его клана. Они нашли источник магии в форме пруда с изумрудной жидкостью, спрятанным глубоко в чаще леса.

Эта была кровь. Кровь демона.

Кровь Маннорота

Громмаш Адский Крик и орки клана Песни Войны наткнулись на кровь демона не случайно. По приказу Архимонда Маннорот и Тихондрий прибыли в Калимдор, чтобы ослабить силы сопротивления и подготовить вторжение демонов. Континент населяли существа, враждебные к Легиону. Большую часть из них демоны считали безобидными, так, не более чем легкая помеха. Но Кенарий и Дикие Боги стояли особняком. Во время Войны Древних они дали жестокий отпор Легиону. Если у демонов и был шанс добраться до второго Колодца Вечности, то вначале они должны были разобраться с Кенарием и другими Дикими Богами.

Чтобы ослабить магию дикой природы Маннорот и Тихондрий принесли череп Гул’дана в Калимдор. Артефакт изменился с того момента, когда попал в руки Легиона. Демоны наполнили его магией скверны и сделали  мощнее, чем он когда-либо был до этого. Маннорот и Тихондрий могли вытянуть силы из Ясеневого леса и ослабить Кенария. Это заняло бы время, но возымело бы действие. Но представилась другая возможность – орки.

Многие годы прошли с тех пор, как орки выпили кровь Маннорота, но проклятие все еще текло по их венам. Оно связывало их с повелителем преисподней и подчиняло его власти.

Присутствие Маннорота в Ясеневом лесу уже начало влиять на орков, особенно на Громмаша Адского Крика и клан Песни Войны. Их жестокость и агрессивность возросли. Несдерживаемый гнев толкнул их на войну с Кенарием. Орки не могли бы выиграть эту войну, если бы не имели больше могущества и силы.

И это было точно то, что Маннорот мог дать им. Выпив его крови они могли бы стать достаточно сильными, чтобы победить Кенария. И опять попали бы в рабство к Легиону.

Маннорот оставил свою кровь в лесу и скрылся.

Как и ожидалось, Громмаш нашел пруд с его кровью. Он понимал опасность того, что случиться если они выпьют кровь, но он также знал, что только так они смогут выжить в битве с Кенарием. Будучи не способным сопротивляться соблазну обрести могущество, Громмаш выпил кровь. Его клан сделал тоже самое.

Обретя новую силу, орки прошли бурей через Ясеневый лес. Множество ночных эльфов и лесных существ погибло от их голодных мечей. Громмаш Адский Крик самолично убил Кенария. Дикий Бог сражался со всей данной ему природной силой, но даже он не мог противостоять сверхъестественной мощи орка. Топор Громмаша пронзил Кенария и вождь Песни Войны убил своего врага.

В момент смерти Кенария лесные чащи вокруг Хиджала потемнели и задрожали. Дриады, химеры, древни, дракончики и другие существа содрогнулись от страха. И хотя многие вернулись на помощь ночным эльфам, множество ушло в чащобы и скрывалось там на протяжении всей войны.

Только погодя Громмаш осознал источник новой силы. Но было уже поздно. Теперь они подчинялись воле Маннорота.

Связанные судьбой

Пока Громмаш Адский Крик сражался с Кенарием и ночными эльфами, Тралл и Джайна Праудмур вели свои отряды к Когтистым Горам. Они шли разными путями по горным склонам и только добравшись до пещер на пике, встретились лицом к лицу.

Первое что они сделали – перестроились в боевые порядки и обнажили мечи. Джайна и Тралл хотели избежать прямого конфликта друг с другом, но казалось, что кровопролитие было неизбежно.

Но Медив явил себя. Джайна и Тралл были поражены – незнакомец, который отчаянно предупреждал их об опасности и заманил в Калимдор, стоял перед ними.

Медив имел всего один шанс для того, чтобы убедить Джайну и Тралла стать на его сторону и поэтому он ничего не скрывал. Он рассказал им о планах Пылающего Легиона и о том, что вторжение уже началось. Мир оказался на краю гибели. Поодиночке народы Азерота обречены на уничтожение. Но вместе… вместе они могут спасти этот мир.

Чтобы убедить их в том, что стоит на кону, Медив поведал им о судьбе Громмаша Адского Крика и орках клана Песни Войны. Они выпили кровь Маннорота и опять стали рабами Легиона. Такая судьба ждала всех орков, в случае если они не объединяться против Легиона.

Новости о Громмаше шокировали Тралла. Он поклялся, что его народ не будет снова переживать темные дни Орды. Если союз с врагами из Альянса является единственным путем, чтобы исполнить эту клятву, то так тому и быть.

Джайна Праудмур считала союз с Ордой безумием, но в конце концов она поняла мудрость слов Медива. Во время пребывания в Даларане она кое-что узнала про Пылающий Легион и это ужаснуло ее. Если вторжение демонов действительно началось, то будет разумно сделать все, что в ее силах для того, чтобы остановить нашествие. Неудача будет означать больше чем ее собственная смерть. Все смерти защитников Лордерона будут напрасны.

Тралл и Джайна согласились на ненадежное перемирие. Они не доверяли друг другу полностью, но были готовы оставить в стороне все разногласия, чтобы вместе бороться против угрозы.

Первым испытанием для этого союза должна была стать встреча с Громмашем Адским Криком и кланом Песни Войны.

Cenarius Death

Проклятье крови

После спуска с Пика Когтя объединённые силы Альянса и Орды выступили против Громмаша Адского Крика и его обезумевших от крови демона орков. Орки Песни Войны были настолько ослеплены яростью, что не видели разницы между друзьями и врагами. Они атаковали Альянс и Орду с равной жестокостью, пролив кровь тех, кто когда-то были для них братьями и сестрами.

В разгар битвы Тралл провел отчаянную атаку через порядки Песни Войны и пленил Громмаша. Объединив силы, шаманы Орды и жрецы Альянса призвали силы своих магических школ, чтобы очистить его от жажды крови. Это сработало. Впервые за последние дни ненависть, затмевавшая его взор, пропала. Громмаш увидел каким монстром он стал и чувство вины захлестнуло его.

Он знал, кто привел его к этому. Маннорот был где-то здесь, скрываясь в лесах и радуясь тому кровопролитию, что произошло по его воле. Громмаш и Тралл знали, что, если они не выступят против демона, их народ будет обречен.

Пока Орда и Альянс усмиряли оставшуюся часть клана Песни Войны, Громмаш Адский Крик и Тралл выследили Маннорота в каньоне, наполненным скверной, в юго-восточной части Ясеневого леса. Повелитель преисподней, встретив двух орков, больше удивился, чем испугался. На Тралла он смотрел как на безобидного щенка и с легкостью отбросил его. От Громмаша Маннорот не ожидал нападения. Тот никогда не смог бы поднять руку на Маннорота, своего хозяина.

Но повелитель преисподней был прав только отчасти. Проклятье крови выжгло душу Громмаша, но еще более жгло его другое – желание освободить свой клан от власти демона.

Мощным ударом он погрузил свой топор в грудь демона и этот удар оказался смертельным. Тело Маннорота пошло трещинами и, в конце концов, взорвалось. Вспышка света озарила каньон высвободившимися энергиями скверны.

Повелитель преисподней исчез, но цена победы оказалась высока. Взрыв смертельно ранил Громмаша.

Он умер на руках у Тралла, зная, что искупил свою вину, убив Маннорота. Уничтожив демона, он окончательно избавил орков от проклятья крови.

Они обрели свободу.

Гряда Гибели Демона

Орки считали Громмаша Адского Крика одним из своих величайших героев. Место, где Громмаш пожертвовал своей жизнью, стало именоваться Грядой Гибели Демона. Многие орки совершали сюда паломничество, чтобы отдать честь воину, который отдал свою жизнь за то, чтобы освободить их от власти демонов.

Author: Deckven View all posts by

Leave A Response