Warcraft Chronicle, том 3. О битве при горе Хиджал и освобождении Иллидана

Third War

О битве при горе Хиджал и поражении Пылающего Легиона.

Вторжение в Калимдор

Маннорот пал, но успел выполнить возложенную на него миссию. Кенария был мертв. Лесные духи продолжали биться с демонами, но их изначальные силы были сильно подорваны.

Пришло время вторжения в Калимдор.

Архимонд оставил некоторых своих приспешников в Восточных Королевствах, чтобы быть уверенным в том, что тамошние народы не попытаются возобновить сопротивление. Остальные его силы высадились в Ясеневом Лесу. Инферналы падали с небес, полчища нежити и демонов расползались по восточному краю Ясеневого леса. Вскоре они встретили отпор лесных духов, ночных эльфов и объединенных армий Орды и Альянса. Но эти силы не выступали единым фронтом, они воевали разрозненно и Легион легко подавил их сопротивление. Неудержимая армия Архимонда уверенно шла маршем в сторону горы Хиджал, вытаптывая леса, уничтожая все, что стояло у нее на пути.

Легион быстро и успешно наступал, но Архимонд знал, что почивать на лаврах еще рано и на волю случая полагаться нельзя. Он бился в бесчисленных войнах и знал цену любому преимуществу, даже если враг был слабее. Он обладал оружием, которое доселе не использовал: череп Гул’дана. Артефакт находился в руках Тихондрия. Кенарий был уже мертв, но Архимонд мог использовать артефакт для ослабления лесных сил, чтобы очистить дорогу ко второму Колодцу Вечности.

Тихондрий выдвинулся вперед главных сил Легиона и нашел скрытое место в чаще Ясеневого Леса. Повелитель ужаса извлек энергии скверны из черепа и заразил им окружающие земли. Ядовитая мани расползлась по лесам, перекручивая стволы деревьев и превращая диких зверей в чудовищ. Чистые дотоле ручьи, текшие через леса, стали ядовито-зелеными. Место это с тех пор стали называть Оскверненным лесом.

Магия скверны продолжала растекаться по склонам Хиджала, поражая порчей всего, чего касалась. Вскоре скверна должна была достигнуть берегов второго Колодца Вечности, что облегчить Легиону путь через помраченные места, не встречая сопротивления.

Пробуждение

Вид Архимонда и авангарда его армии, что шли через Ясеневый лес, шокировал и разгневал Тиранду, но она знала, что это всего лишь начало. Легион вторгся в Калимдор не для того, чтобы завоевать лес, демоны хотели поглотить весь мир. Захватив второй Колодец Вечности, они могли бы это сделать. Тогда они смогут открыть портал для остальных сил Легиона.

Тиранда нуждалась в любом оружии для защиты Хиджала. Друидов следовало пробудить и вернуть из Изумрудного Сна. Ее беспокоило то, что Малфурион Ярость Бури и его последователи еще не пробудились. Они должны были почувствовать порчу, которая охватила Ясеневый лес. Что за причина удерживала их в призрачном измерении?

Причиной был Кенарий. Его гибель потрясла Сон, разбудив и глубоко смутив друидов. Малфурион и другие друиды отчасти понимали, что произошло, но оказались заперты в Изумрудном Сне.

Когда Тиранде, наконец, удалось разбудить Малфуриона, он был поражен случившимся. Пламя скверны поглотило его любимые леса, а ядовитая чума поразила всех живых существ. Малфурион поспешил разбудить других друидов, желая спасти дикую природу.

Он и Тиранда спустились с Хиджала на заснеженные холмы Зимних Ключей и добрались до скрытых убежищ, где спали друиды. Малфурион отправил уже проснувшихся друидов на подмогу Часовым, что уже сражались с Легионом. Других он послал собрать лесных существ и Диких Богов, что еще были живы. Этих существ было трудно найти и в лучшие времена. Без Кенария, что повелевал ими, было почти невозможно убедить их сражаться. Но несмотря на это ночные эльфы все же решили попробовать.

Этот квест оказался долгим и выматывающим, но дал Тиранде и Малфуриону возможность воссоединиться. Прошли столетия с того дня, что они расстались и Малфурион понял, что годы, которые Тиранда защищала ночных эльфов, изменили ее. Она стала более жесткой и готовой пожертвовать всем, чтобы защитить свой народ от опасности. Малфурион не представлял себе, как она собирается оборонять свою землю пока они не оказались около древних врат в глубине убежищ.

Это была тюрьма его брата, Иллидана Предателя.

Тиранда видела в Иллидане потенциальное оружие. Он был могучим волшебником и обладал великими познания о природе демонов, большими, чем у остальных эльфов. Если его освободить, то он обрушит свою мощь на силы Легиона.

Малфурион был против освобождения брата. Он не изменил своего отношения о Предателе и считал, что тот все еще представляет угрозу для мира.

Взвесив все риски, Тиранда сделала выбор в пользу освобождения и пошла на это сама. На ее пути стояли Стражи, которые охраняли тюрьму Иллидана на протяжении тысячелетий. Когда Тиранда приказала им освободить Иллидана они открыто отказали ей.

И дорого за это заплатили.

Во имя спасения Азерота Тиранда Шепот Ветра не собиралась терпеть препятствий от кого бы то ни было. Они повергла тех, кто стоял на ее пути и расчистила путь к тюрьме Иллидана.

Из тьмы убежища показалась фигура Предателя.

Предатель

Долгие тысячелетия Иллидан Ярость Бури изнывал во тьме тюрьмы. Нескончаемое одиночество вымотало его дух и сознание. По прошествии времени он сосредоточил свои мысли на том, чтобы найти путь к спасению Азерота, защите его от вторжения Легиона. Размышляя над этим, Иллидан пришел к простому выводу.

Легион нельзя победить, ведя оборонительную войну.

Если атаку демонов отбить, они вернуться опять. И опять. И опять. До тех пор, пока окончательно они не победят. Даже «победа» в Войне Древних была не более чем оттягиванием этого момента.

Ключ к силе Легиона состоял в том, что он легко восполнял силы. Убитые в Азероте демоны перевоплощались в Круговерти Пустоты и на следующий день возвращались на поле боя. Демонов можно было уничтожить только в Круговерти Пустоты или местах реальности, где ее энергии были сильны. Это делало силы Легиона бесконечными. И это означало принимать бой по правилам Легиона.

Когда Иллидан окончательно освободился из тюрьмы, он отчаянно желал начать войну с Легионом. Он не собирался биться бок о бок с другими эльфами. Он не простил им своего заточения. Больше того, он знал, что они ему не доверяют. Даже когда он поведал им о своих откровениях, о том, как победить Легион, они с подозрением восприняли его мудрость и посчитали за безумца.

Иллидан прорвался в покореженный войной лес Хиджала. У не знал куда точно идти, но имел определенную цель. Чтобы поставить на колени Легион, ему было нужно еще более великие знания и силы. Иллидан чувствовал и то и другое на севере Ясеневого Леса, где мощные потоки скверны прорывались через дикие чащи. Он последовал к этому источнику и вскоре оказался в Оскверненном Лесу.

Первое существо, что стало у него на пути, не было демоном. Это был человек, от которого исходил дух смерти.

Kalimdor during Third War

Судьба пламени и тени

По приказу Короля-лича Артас Менетил присоединился к вторжению Легиона в Калимдор, но не для того, чтобы помочь, а чтобы мешать ему. Рыцарь смерти действовал тайно, стараясь, чтобы демоны не разгадали его намерений. Он исподтишка вынуждал нежить не выполнять приказы командиров Легиона и буйствовать. Это замедляло продвижение армии демонов к горе Хиджал. Временами он даже позволял врагам бежать с поля боя.

Конечно, все это было полумерами. Он размышлял о том, как еще можно навредить Легиону и его внимание привлек Тихондрий и череп Гул’дана. Повелитель ужаса использовал артефакт для того, чтобы осквернить большую часть Ясеневого леса. Темные силы с каждым днем распространялись все дальше и медленно поднимались все выше по склонам Хиджала.

Если бы Артас мог повергнуть Тихондрия и уничтожить череп Гул’дана, он смог бы остановить распространение магии скверны и серьезно замедлить ход военной кампании Легиона. По уничтожить повелителя было не так просто. Артас не мог убить его так, что бы это не привлекло внимания Архимонда и не дало ему заподозрить Короля-Лича в предательстве. Но может еще кто-то мог бы убить Тихондрия?

Это мысль возникла у Артаса, когда он узнал, что Иллидан Ярость Бури, сея разрушения, прорывается через лес. Силы скверны переполняли странного ночного эльфа, но он не был союзником Легиона. Он был преданным защитником своего народа.

Артас почувствовал неудержимую тягу Иллидана к власти. Эти амбиции можно было легко использовать в качестве оружия.

Артас встретился с Иллиданом в Оскверненном лесу и поведал, о том, что знал. Он рассказал Иллидану о том, что неподалеку находится мощный артефакт — череп Гул’дана. Но найти его будет не так просто. Артас предупредил Иллидана о том, что могучий повелитель ужаса обитает в Оскверненном лесу.

Иллидан совершенно не доверял рыцарю смерти, но уже чувствовал мощные потоки скверны, которые наполняли лес. Это было слишком заманчиво, и чтобы проигнорировать. Иллидан оставил Артаса и направился на поиски черепа. Это была не последняя их встреча.

К тому времени, как он нашел искомое, его уже преследовали демоны. Он немало обрадовался, когда узнал, что череп содержит не только силу, но и знания. Череп нес в себе память чернокнижника. Вместо того, что бы просто использовать его силу, Иллидан полностью поглотил энергию черепа. Силы скверны заструились по его плоти и крови. На его лбу выросли огромные рога, а на спине — перепончатые крылья. Иллидан преобразился из ночного эльфа в нечто другое. Он стал демоном.

Через его тело струилась сила Гул’дана, тогда как в разум воспринял память чернокнижника. Он узнал о родном мире орка, а также о тайнах и древних артефактах, скрытых в Гробнице Саргераса.

Обретя новое могущество, Иллидан обрушился на Тихондрия и уничтожил его.

Овладев черепом Гул’дана, Иллидан нанес почти смертельный удар Легиону. Оскверненный лес останется таким, какой есть, но скверна уже не дойдет до Вершины Хиджал и нетронутых частей Ясеневого леса.

Несмотря на сделанное, он заслужил презрение со стороны брата и даже Тиранды. Он зашел слишком далеко, поглотив силу черепа. Он стал демоном — а демонов ночные эльфы стремились уничтожить. Малфурион изгнал Иллидана из земель ночных эльфов. Иллидан подчинился, но только потому, что считал бессмысленным оставаться на Хиджале. Если ночные эльфы отобьют атаку Легиона, то это не будет иметь значения. Легион вернется снова.

Иллидан Ярость Бури должен принять свой бой. Для него это была единственная война, которая имела смысл.

Битва при горе Хиджал

21 год после Темного Портала

В то время как армия демонов шла по склонам Хиджала и второму Колодцу Вечности, тысячи ночных эльфов, Часовых и друидов собирались на ее вершине. Они не были одиноки. Хотя друидам и не удалось привлечь на свою сторону Диких Богов, они призвали множество лесных существ, дриад, хранителей рощи и других. К ним присоединились силы Альянса и Орды, воевавшие с демонами в свою полную силу.

Столько народов и волшебных существ не собирались вместе с времен Войны Древних. Но даже так силы противника их значительно превосходили. Хуже того, силы защитников были разобщены. Ночные эльфы и обитатели леса настороженно относились к Орде и Альянсу. В частности, Тиранда, была убеждена в том, что именно эти две фракции несли ответственность за вторжение Легиона в Калимдор.

Наблюдая за тем, что силы защитников разобщены, Архимонд был уверен, что победа уже в его руках. Но он не знал, что среди них находится Медив и уж тем более не знал о его планах.

Медив собрал вместе Тралла, Джайну Праудмур, Тиранду Шепот Ветра и Малфуриона Ярость Бури. На встрече царила напряженная атмосфера. Тиранда отвергла предложение объединиться с Альянсом и Ордой. Но Медиву удалось убедить ее отбросить предубеждения во имя спасения Азерота. Разобщенность была преодолена, но они знали, просто грубой силой Архимонда им не победить.

Малфурион предложил выход, Опасный и который стоил бы им дорого. Мировое Древо Нордрассил было усилено мощью Драконьих Аспектов, что давало эльфам бессмертие и стойкость к болезням и хворям. Малфурион верил в то, что он и друиды смогут воспользоваться этой магией и уничтожат Архимонда. Это стоило бы ночным эльфам бессмертия и сильно повлияло на их общество, но другого выхода не оставалось.

Пока Малфурион и друиды занимались мировым древом, остальные организовали оборону вершины Хиджала, чтобы выиграть время. Орки и люди, дворфы и таурены, тролли и гномы — все отчаянно отбивали бесконечные волны нежити и демонов.

Тысячи защитников погибли в тот день, но они отдали свои жизни не зря. К тому моменту, как Архимонд добрался до Мирового Древа друиды завершили ритуал. Бесчисленные эфемерные существа, которые называли огоньками, появились из хиджальского леса. Они окружили Архимонда, но не атаковали его. Вместо этого они направили свою энергию в древо и подожгли. Взрыв потряс Калимдор до основания, уничтожив Архимонда и множество демонов. Вторая попытка Легиона овладеть Колодцем Вечности была сорвана.

Защитники тут же пошли в наступление на остатки сил Легиона. В беспощадной битве они уничтожили почти всю нежить и демонов. Артасу Менетилу едва удалось бежать. Он собрал всю нежить, что смог, прежде чем отступить в Восточные Королевства.

После победы силы Орды и Альянса ушли с Хиджала в поисках нового дома. Их хрупкое перемирие оставалось в силе, но в последующие годы оно будет не раз нарушено.

Тиранда и Малфурион остались на Хиджале — им предстояло восстанавливать разрушенное. Большая часть окружающих лесов сгорела. Хуже того, Нордрассил был покорежен взрывом. Многие его корни, что давали жизненные силы миру, иссохли и погибли. Хотя Нордрассил со временем восстановился бы, дары Драконьих Аспектов сгинули навсегда. Ночные эльфы лишились бессмертия и сопротивления к болезням. Они стали старится и дряхлеть. Урон, который был нанесен древу, также усложнил друидам и Малфуриону путь возвращения в Изумрудный Сон.

Медив изучил израненный войной мир и то, что он лицезрел, успокоило его. Вторжение Легиона остановили. Азерот был в безопасности… пока. Медив знал, что остались и другие угрозы, как, например, Король-Лич, что скрывался в потаенных местах мира. Но Медив не мог остановить его. Если силы были на исходе. Он чувствовал, что его время в физическом измерении заканчивалось.

Так, как он и предвидел, дело спасения мира теперь легло на плечи его обитателей. Медив показал им силу единения. И он мог только надеяться, что они будут продолжать сражаться вместе так, как они делали это при Хиджале.

И после этого Хранитель Азерота исчез.

Author: Deckven View all posts by

2 Comments on "Warcraft Chronicle, том 3. О битве при горе Хиджал и освобождении Иллидана"

  1. Челикслав 30 Май 2018 в 19:27 -

    Такая ностальгия накатила по 3-му Варкрафту…
    Как же было круто проходить его в первый раз и офигевать от сюжетных поворотов

  2. acczero 31 Май 2018 в 1:45 -

    Хочу заметить, Sentinels — это Часовые, регулярная армия ночных эльфов, они подчиняются непосредственно Тиранде, Малфуриону и генералу Шандрисе Оперенной Луне. Стражи — совсем другое военное формирование. Они в это время не участвовали в пробуждении друидов, напротив, они во главе с Майев Песнь Теней открыто противостояли Тиранде, когда та освобождала Иллидана.

Leave A Response